|
Итак, еще немного и он покинет этот корабль, осточертевший ему настолько, что видеть его уже не мог. Осталось только в последний раз проверить правильность своих действий, прежде чем сделать последний шаг с этого, фактически уже бывшего, флагмана имперского флота.
Лицо Конра скривилось в презрительной усмешке, которая в последние циклы не сходила с лица бывшего советника Ульба.
Да, он стал уже настолько сильным агентом, что был способен заставлять тела не только совершать поступки, способами, которые определялись ими самими, но и даже менять их собственные эмоциональные метаморфозы. Фактически он понял этих людей уже настолько, что мог даже изменить их структуру ДНК, если б на то возникла необходимость.
Конр еще раз усмехнулся своим мыслям и вернул себе маску, с которой его тело большую часть своей жизни взирало на этот мир.
Вирус уничтожит всех свидетелей. Тела перестанут существовать, а с их гибелью менаксовые сообщества отдельных достигших ликвидируются, потеряв источник энергии. Никто не сможет никогда довести до центрума Монда хоть какие-нибудь сведения о имевших место ошибках.
Да, ему так и не удалось выяснить характер контактов принцессы. Но один лишь факт обнаружения ее на неизвестной базе, в купе с тайными перемещениями по кораблю, уже определенно свидетельствовали о том, что он должен был проинформировать своего центрума о факте контактов, как таковых. Также остался большим вопросом этот непонятный селконт. Ни факта его появления, ни цели, ни мыслей узнать так и не удалось. Были и другие моменты, которые очевидно не придавали уверенности его позиции, как норума.
Теперь же обо всем этом можно было забыть вообще. Все прямые приказы он выполнил уверенно и надежно. Центруму докладывались только положительные результаты. Все прочее теперь можно было считать фантазией. Даже, если здесь на корабле был контрум, отслеживающий все его действия и докладывающий Монду напрямую, то уже очень скоро его уже не будет. А доклады того, кого нет, не имеют никакого смысла.
Да, после окончания главной миссии - выведение на главный пост в галактической империи агента мироума - ему точно быть центрумом, а может быть, не за горами и собственный эвулайзум вместе с преумством в каком-либо секторе.
Его лицо вновь скривилось чем-то, напоминающим улыбку.
Однако не все было так гладко, как ему хотелось бы. Контакты принцессы привели к неизвестной базе неких лиц, о которых ему ничего не удалось узнать. Он отдал приказ на ее уничтожение не задумываясь, чтобы не осталось тех, кто мог бы передать информацию о контактах принцессы. Были отрезаны все известные ему нити, связывающие принцессу с кем-либо вне корабля.
И, конечно, это сейчас не беспокоило бы его, если бы не более чем возможное предположение, которое он, как норум, был обязан проверить. Полная неизвестность об уничтоженных на той базе создавала почву для опасных мыслей. Если предположить, что это была группа мятежников, замышляющих что-то против великого мироума, то он фактически не дал великому мироуму возможности получить ценнейшую информацию. Это страшное преступление. И, если об этом будет малейшая утечка, то его ждет ликвидация.
Конечно, он заранее продумал все. Тайные мины с вирусами на всех кораблях тех групп, что были посланы на неизвестную базу, можно будет активировать в любой момент. Вся информация с них обязательно пройдет через него, так что утечки можно было не опасаться. Но, если бы все было только в собственной безопасности.
Конр чувствовал, что не выполнил свой первейший долг. Более того, он не понимал, как вообще он может существовать, зная, что творит... против великого мироума.
Нет. Эти мысли не имеют никакого смысла. Он - норум. Все, что он делает, делается только во благо великого мироума. Значит, сами мысли, в которых он может что-то делать против великого мироума, надуманны и нелепы.
Да, подобные мысли были ему незнакомы. Похоже, все дело было в новом теле. Оно заставляет его переживать относительно того, чего нет и быть не может.
Конр встал и подошел к иллюминатору. Дотронувшись до сенсора, он дождался, пока защитная створка отъедет и раскроет ему вид на черноту пространства. Он выбрал какую-то мелкую слегка вибрирующую звездочку и стал внимательно вглядываться, напрягая зрение нового тела до предела его возможностей. Таким несложным упражнением он добился того, что хотел. Глаза заслезились, мозг переключился на борьбу с этой напастью, а мысли, в свою очередь, сбросили ненужный хлам нелепых переживаний. Он - норум. Он всегда знает, что делает. И он все сделал правильно.
- Малыш, определи наши возможности по освобождению от захвата.
- Мощности наших двигателей хватит только на один луч захвата, Оди, - отозвался голос.
- Так, а на сколько мы превышаем мощность захвата одним лучем?
- Примерно на восемнадцать процентов от полной мощности, - был ответ.
- Это уже кое что, - проговорила Оди, не отрываясь от своего инфоблока.
- У нас есть шанс оторваться?
Вопрос Онуйс повис в воздухе. Казалось, Оди не видела и не слышала сейчас никого вокруг. Онуйс, решила не мешать подруге, рассудив, что вряд ли ее помощь здесь была бы возможна.
- Тьма! Так не получится, - вскрикнула Оди, и посмотрела на большой экран. - Ничего, еще не все потеряно, - упрямо проговорила она и вновь вернулась к своему инфоблоку.
- Прошу прощения, но получен новый сигнал от звездолета, именующего себя «Патруль-46». Можно воспроизвести?
- Давай.
- Неопознанный корабль. Если Вы не отключите маршевые двигатели, то мы будем вынуждены уничтожить их.
- Тьма! Малыш, что у них с оружием на борту?
- 24 орудийные точки на видимой части.
- Та-ак... Что ж, иначе они не были бы так смелы...
- Ты хочешь сказать, что это те же... - начала было Онуйс.
- Те же. Они самые. Очевидно остались дожидаться всех, кто захочет навестить базу.
- Значит...
- Ладно, хватит слов. Малыш, маршевые двигатели стоп!
- Маршевые двигатели стоп, Оди.
- Малыш, включи дальние сенсоры. Сколько кораблей ты видишь?
- Три корабля, Оди.
- Та-а-а... ак. Малыш, а сколько из них нас тянут?
- Один, Оди.
- Замечательно. Малыш, маневровыми выправись относительно курса последнего задания и отключи их тоже.
- Мы сдаемся? - неуверенно спросила Онуйс.
- Мы?! Не дождутся, - Оди сверкнула взглядом. - Кстати, а кто-то там хотел прилечь... неправда ли?
- Сейчас не до этого.
- А по-моему самое время, - и Оди уперлась в нее взглядом. - Пожалуйста, пойди и приляг, - жестко проговорила она, делая ударение на каждом слове. - Тебе это очень надо именно сейчас.
- Но...
- Никаких но. Ложись, я говорю.
- Хорошо, - сказала Онуйс и прошла в свою каюту.
- А теперь ложись.
Последив взглядом и убедившись, что Онуйс легла, Оди уверенно дотронулась до сенсора на инфоблоке. Внезапно Онуйс почувствовала, как что-то, будто тяжелым покрывалом, вдавило ее в кровать и зафиксировало в таком положении. Она попробовала двинуть рукой, но не смогла. Сил не было даже рот открыть. Ничего не понимая, но чувствуя бессмысленность сопротивления, она расслабилась.
- Не думай там ничего, ладно? Так надо. Для твоей же пользы. Поверь, это не надолго, - огорченно проговорила Оди, и вновь застучала по сенсорам.
Пауза длилась вечность. Онуйс не чувствовала движение корабля, и не знала где они и что с ними. В мыслях кружилось ощущение чего-то непонятого. Она не верила в обман новой подруги, но и понять ее тоже пока не могла. Если даже это нужно, то почему не сказать.
С отключением маршевых двигателей кораблик умерил дрожь, а через пару мгновений и прекратил вращение. Теперь он медленно летел к ним, строго по направлению основного луча захвата.
- Они выполнили приказ.
- Вижу.
Он ненавидел идиотских сообщений, не имеющих смысла. Особенно, когда они оба смотрели в один и тот же экран. Но подчиненный просто исполнял свои должностные обязанности. И он вынужден был в который раз смирится с этим.
Видя как медленно увеличивается в размерах небольшая точка корабля, он думал совсем о другом. Может быть сейчас, с ростом этой точки возрастаю и его шансы на быстрое продвижение по карьерной лестнице. Он стоял и предвкушал, как он доставит мятежников и лично передаст их из рук в руки.
- Отправьте сообщение о проведенном аресте.
- Но мы же еще...
- Мы не еще, а уже. Сами не видите?! Отправляйте.
- Слушаюсь!
Ну, вот и последний шаг. Теперь, когда принцесса со своей подружкой захвачены, можно было и расслабиться.
Конр вжал кнопку на обеденной панели. Выщелкнул себе порцию морвянской синей и, не дожидаясь исполнения заказа, набрал на своем инфоблоке запрос на активацию мин. Когда сенсор подтверждения был нажат, из стены выдвинулся бокс. Щелкнув по крышке, он не спеша дождался, когда стенки бокса опустятся, собравшись в тонкий бортик. Потом взял в руки прохладный сосуд с узким горлышком и синеватой жидкостью внутри, и начал постепенно, капля за каплей, втягивать обжигающий одновременно и холодом, и жаром напиток.
Сейчас он себе мог это позволить. Конр смаковал сейчас не сам вкус, а то, как это нравилось его новому телу. С каждой каплей он ощущал, как все больше и больше ему нравится быть именно таким - молодым, здоровым, сильным, стройным, красивым. Как же он отвык от ощущений молодого тела, которое хочет не только работать, а еще и чувствовать. Конечно, с ним будет сложнее, но в этом будет та самая прелесть разнообразия, которую он успел позабыть в теле Ульба. С таким телом он сможет думать не только о благе мироума.
- Стыковка через...
- Вижу, - не выдержал он. Все-таки исполнительный помощник его достал.
- Я хотел сказать, что пора отключать внешние лучи захвата. Они могу повредить нам при...
- Так отключайте, - он не скрывал злости. - «Это надо же! В такой момент и задавать идиотские вопросы!»
- Слушаюсь!
Через мгновенье помощник сообщил:
- Внешние лучи отключены.
- Вот и хорошо. Приготовьте стыковочный узел. Я их встречу сам.
- Да, но...
- Никаких но!
- Слушаюсь!
Мощные лучи захвата с тральных установок, расставленных на поверхности планеты, одновременно отключились. Кораблик словно ждал этого. Ему понадобилось не намного больше мгновенья, чтобы запустить маршевые двигатели в направлении, перпендикулярном лучу захвата тральщика и набрать полную мощность. Еще несколько мгновений, и кораблик, вырвавшись из пут, стал удаляться с максимально возможной прытью.
- Простите... Э-э...
- В чем дело? - обернулся он.
- Неизвестный корабль сорвался с нашего луча захвата.
- Что?!
- К сожалению...
- В тьму все сожаления! Приказ всем тральным установкам на повторный захват.
- Слушаюсь!
Он стоял и оторопело смотрел на то, как кораблик, превращаясь в точку, постепенно сливается с пространством звезд.
- В чем дело?! - повторил он жестче.
- Не знаю.
- В тьму все не знаю вместе с вами. Что происходит?!
- Нет связи с тральными установками.
- Что?! Так восстановите по резервной.
- Уже. Они не отвечают. Связь есть, но нет ответа от них.
- Что?! Что тут вообще происходит?!
- Не могу знать.
А кораблик тем временем совсем растаял.
- Просыпайся, - донеслось откуда-то, но очень близко.
Онуйс открыла глаза. На нее смотрело лицо Оди.
- У нас получилось! - восторженно говорила та. - Да, вставай ты.
- Что получилось?
Онуйс, попробовала приподняться. Ей это удалось. Плечи немного ныли, но в общем, ей даже удалось отдохнуть.
- Все получилось. Мы свободны!
- Как?
И Онуйс устремилась за Оди к экрану.
- Сама погляди.
Россыпи звезд мерно подрагивая взирали на них спокойно и даже как-то ласково. Никаких кораблей на экране не было.
- Малыш, повтори-ка, как там у нас с кораблями вокруг.
- В пределах дальностных возможностей моих сенсоров каких-либо кораблей не наблюдается.
- Во как! - воскликнула Оди.
- Ты сама?!
- Ты опять меня обидеть хочешь?
- Нет, нет.
- Да, кстати, там кто-то есть хотел. Теперь и я бы тебе составила компанию. Головой работать у меня как-то трудно выходит. Надо бы подкрепиться, - засмеялась Оди.
Онуйс вторила ей.
- Бежим.
- Куда.
- Туда, где у нас едят, конечно.
- Итак, что там со связью? - гневно повторил он.
- По прежнему.
- И что мы теперь будем делать?
- Я... Я же предупреждал вас, что еще рано... - начал было помощник, но осекся под грозным взглядом.
- Да, предупреждали.
«Вот и все. Конец всем мечтам».
Он застегнул верхний зажим на кителе. И покинул рубку.
- ... А сейчас вы получили параметры направления и ускорения их исчезновения. Можно отправить корабль им вслед. Только тральщик слишком медлителен для такой миссии. Я бы осмелился рекомендовать...
- Вы еще имеете наглость осмелиться? - скучающим тоном вопросил Конр.
- Нет. Простите, я понимаю всю тяжесть совершенной мною ошибки, и я...
- Нет. Вы не ошибку совершили, - тем же тоном проговорил Конр. - Вы не выполнили свой долг.
С одной стороны было, конечно, обидно, что принцессе удалось ускользнуть. Но, с другой стороны, теперь корабль, на котором она исчезла, можно обвинить в преступлении на той планете и объявить его в официальный розыск. Найдут ее или нет - уже не так уж и важно. В любом случае, у него теперь закрыты все прорехи в отчетности. На борту флагмана не осталось никого, кто относился бы к императорской династии, а принцесса по официальным данным оставалась на корабле в момент его поражения сонимой. На этом же беглеце двое преступников, которых пусть теперь ищут официальные власти. Фактов по их преступлению получено более чем достаточно. Ну, а подтвердить обратное теперь не сможет определенно никто.
Вернее еще немного и уже будет никто. Конр очнулся от путины своих мыслей. Командир тральщика продолжал оправдываться.
- Заверяю, что этого больше не повторится.
- Да, конечно, - замедленно проговорил Конр и на последнем слоге щелкнул подтверждение отправки запроса на активацию. - Мира и добра, - проговорил он уже вникуда. С экрана на него взирал лишь оголенный скелет с последними остатками мягких тканей, которые исчезли уже через мгновенье.
Потому он и остановился тогда на сониме. Идеальный убийца.
- Как у тебя тут удобно все организовано, - восхищенно проговорила Онуйс, наблюдая, как заканчивается преобразование простого помещения в уютную столовую с уже поданным горячим обедом.
- А то!
Оди явно нравилось, как принцесса осматривала все вокруг.
- Да, ты прости, я тут заказала заранее на свой вкус. Но можешь мне поверить это, по крайней мере, будет съедобно.
- Верю.
С потолка опустились герметичные и окутанные светом с дымкой боксы. Прикоснувшись к столу, боксы застыли на месте и дымка пропала.
Оди первая дотронулась до своего. Тот сложился, раскрывая шаровидную плошку с чем-то жидким.
- Это называется «суп», - пояснила она, глядя на осторожный взгляд Онуйс. - попробуй. Определенно не отравишься.
Онуйс осторожно прикоснулась к своему боксу. Первое, что она почувствовала - запах. Не навязчивый, тонкий и какой-то совершенно неизвестный, но аппетитный. Рядом с плошкой лежал предмет, известный ей только по урокам.
- Это ложка?
- Она самая. Смотри, берешь ее так и делаешь во-о-от так.
Оди зачерпнула с верхом и отправила себе в рот. Раздалось смачное чавкание.
- Ой. Прости, - смутилась она, и тут же прыснула от смеха.
Онуйс улыбнулась, но взгляд ее был направлен на собственную ложку. Взяв в руку этот древний предмет быта народов планет, не достигших стадии Нора, она почувствовала его тяжесть в руке и попыталась захватить его пальцами так, как это делала Оди.
- Да, да. Так. Правильно, - подтвердила та.
- Спасибо, - кивнула Онуйс и попробовала набрать в ложку странной жидкости из плошки.
Жидкость была горячей и ее тепло передалось по ложке к руке.
- Только осторожнее. Не обожгись. Подержи вот так. Да. Правильно. А теперь поднеси к носу, но не дотрагивайся, а почувствуй, будет горячо или нет. Да... Да, да... Ну, не бойся. Нет, носом есть не надо... Вот, а теперь это в рот... Ну, как?
Горячая жидкость, коснувшись языка, передала свое тепло всему телу. Вкус, неизвестный, яркий, разнообразный... и такой непередаваемо приятный мгновенно поднял настроение. Девушка проглотила и зачерпнула новую порцию.
- А что здесь внутри?
- Ну, много всего. Овощи, зелень, специи, мясо.
- Мясо?
Онуйс чуть не выплюнула содержимое очередной порции. Но сделала усилие и все-таки проглотила.
- Ты сказала мясо?
- Ну, да, - удивленно проговорил Оди. - Ах, да... Ты же у нас особая.
- Ты опять дала мне плоть живых существ?
- Знаешь, мне это уже надоело. Это не плоть как-ты-там-ее-называешь. Это еда. Еда, понимаешь? Это нечто, приготовленное из того, что когда-то действительно бегало, летало или плавало, а не синтезировано из молекул. Но ведь плоть - это тоже нечто, созданное из молекул. Какая же разница, как это было сделано? Этих животных вырастили люди себе для еды. Также, как вы синтезируете еду из молекул. Ну, и чем эта еда хуже? По мне, так она в тысячу раз вкуснее, что те жуткие капсулы, что принимаете Вы для восстановления энергетической недостаточности. Это ВКУСНО!...
Онуйс смотрела на нее молча и не прерывала монолога подруги. Она силилась понять, как в такой девушке объединяются такие качества, как благородство, честность, сердечность вместе с бессердечием того, кто ест убитых животных.
- Нет, ну, ты просто скажи. Это ведь вкусно?!
Онуйс очнулась. Оди обращалась к ней и ждала ответа. Она напряглась, но соврать не смогла.
- Да.
- Ну, а я о чем?
- Ты не понимаешь. Они, эти животные, были живы. Они жили. И кто-то их убил для того, чтобы ты сейчас сказала, как это вкусно.
- Бр-р... Конечно, они были живы когда-то. Если бы они не жили, они не были бы вкусными. Но ты забываешь, что смысл их жизни был именно в том, чтобы нам с тобой было вкусно их есть. Их специально вырастили именно для этой цели. Если бы не люди, то их вообще не было бы. А так им помогли родиться. Их кормили, поили, ухаживали за ними... А потом, когда пришел срок, их умертвили, чтобы они стали пищей для людей... Ты пойми, они могли бы и сами умереть, если бы их просто перестали кормить. Эти животные не смогли бы выжить без ухода со стороны людей. Потому они и зовутся - домашними.
- Но их все равно убивали.
- Ок. Хорошо. А как ты думаешь, им было бы лучше, если бы они не родились вообще. Если бы их не кормили, не ухаживали за ними?
Онуйс хотела была возразить, но не смогла подобрать слов.
- Ну, так как? Что же, по-твоему, было бы лучше, если бы эти животные не существовали вообще? Пойми, своей жизнью они обязаны людям, которые из вырастили. И они вылачивают им долг тем, что их мясо вкусно. Конечно, это звучит некрасиво, но все живущие когда-нибудь умирают. Кто-то раньше, а кто-то позже.
- Ты забываешь, что на вопросы сейчас отвечаю я. А вот животных-то никто не спрашивает, - решилась возразить Онуйс. - Вот представь. Ты родилась, а кто-то тебя спрашиваешь: «Я буду тебя растить, кормить, поить, одевать, учить и т.п. Ты проживешь жизнь, а потом, в знак признательности, ты разрешишь мне себя убить, чтобы потом съесть. Хочешь ты этого? И, если нет, то я не буду тебя растить, и ты умрешь от голода». Как ты тогда? Захочешь ты так жить? Или тебе все-таки захочется идти своим путем. Пусть трудным и не без невзгод, но независимо... свободно.ли тебе все-таки захочется идти своим путем. Пусть трудным и не без невзгод, но независимо... их мясо вкусно. те с бессердечием
- Я - человек. С душой и развитым мышлением. Я могла бы выбирать, потому что могла бы думать. А животные - они могут только жить, как велит им инстинкт.
- Прости, Оди. Но я так не смогу.
- Тогда у нас проблема. Под названием - кто бы мог подумать - ЕДА.
| 
