|
Мутная белесая пелена застила все вокруг. Песок успел порядком запорошить глаза, и хотя боли не было, зрение слабовато справлялось со своими функциями. Впрочем, казалось, будто впереди маячила некая фигура, но…
Он приподнялся, протер глаза и пригляделся. Никого. Только пресловутый песок и уже также успевшая порядком поднадоесть вода. Похоже, фигура была таким же миражем его разыгравшейся фантазии, как и почудившийся голос.
«Показалось, значит», - явилась мысль и тут же исчезла, оставив после себя заметный привкус горечи.
Но, как бы там ни было, мнимый голос подействовал отрезвляюще. Душераздирающие вопли покинули голову, разлетевшись кто куда. Образовавшаяся пустота немедленно заполнилась новыми вопросами, но с ними было куда проще управиться. Он даже почувствовал какое-то облегчение.
Однако лежать больше не хотелось. Крис поднялся и присел. Что делать дальше он не знал. Новые идеи пока никак себя не проявляли, а без маршрута биться головой о песок как-то уже не хотелось. В одном он точно был уверен – раз нет идей, нужно просто набраться терпения, и они непременно явятся.
Набрав пригоршню песка, он принялся с апатичным интересом наблюдать, как тонкая струйка падает в точности так, как в запаянной колбе песочных часов. Прямо и совершенно вертикально. Ветер не рассеивал песчинки, но к подобным странностям он уже успел привыкнуть, потому просто смотрел. Занятие, конечно, не так чтобы очень, но разве оно бессмысленнее того, что он уже опробовал раньше. К тому же, свежий ветерок так приятно трепал его волосы, но все равно почему-то никак мог повлиять на строго вертикальную струйку песчинок.
- Крис, - взорвалось в тишине.
И, что особенно занимательно, это уже не было возгласом удивления. Даже не было криком. Голос как бы сам себе констатировал, что не ошибся.
Теперь Крис был уверен, что не ослышался. Голос был слишком хорошо знаком ему, чтобы ошибиться. Тот самый голос, который он больше всего хотел услышать именно сейчас, а потом и всю свою жизнь, ради которого он готов был на все на свете.
- Милка?! – воскликнул он.
Ошибки быть не могло. К тому же голос звучал так, будто был где-то совсем рядом, но… Вокруг по-прежнему сверкала только морская гладь. И ничего даже не намекало на присутствие Милки.
- Милка! Ми-и-и-л-илка-а-а-а-а!!! – что есть мочи закричал он.
- Крис! – взволнованно ответил ее голос.
Ее, без сомнения ее. Он вскочил и крикнул в ответ:
- Милка, где ты?
- Здесь.
Развернувшись несколько раз вокруг, продолжая медленно вглядываться в каждый кусочек пейзажа, он вынужден был отказаться от этого занятия за полной его ненадобностью. Никого не было ни рядом, ни насколько хватало его зрения. Тем не менее голос был здесь… совсем рядом.
- Я не вижу тебя, - решил сообщить голосу Крис, и тут же поинтересовался: - А ты меня видишь?
- Нет.
- Класс, - констатировал он. – Мы друг друга не видим, но слышим. Что ж… Раз можем разговаривать, то … то это ведь уже кое-что, да?
Но на этот раз, ответа не было. Он снова позвал:
- Милк…
От волнения голос сорвался и Крис закашлялся. Только сейчас он, наконец, почувствовал, как его буквально трясет. Похоже нервное напряжение давало о себе знать.
- Что с тобой? – воскликнул голос.
Но Крис и сам не понимал, что происходит. Едва справившись с кашлем, он почувствовал, как задыхается. Поразительно, но он продолжал ощущать дуновение ветра, но с легкими будто что-то случилось. Голова стала тяжелой. Без сил он рухнул на песок и закрыл глаза. Мысли снова атаковали без устали, и он понятия не имел, что с ними делать. Чтобы окончательно не сойти с ума, нужно было хотя бы как-то унять дрожь.
- Я сейчас… сейчас…
Как же это было непросто. Понимая, что это Милка… Милка здесь… Совсем рядом... Живая… Та, которую он успел похоронить, потом узнать, что она жива и похоронить вновь. И теперь, когда он знает, что она здесь… знает, что только от него зависит ее возвращение… ее жизнь…
Крис изо всех сил постарался взять себя в руки и расслабился.
Однако до успокоения было еще очень далеко. Голова болела ужасно, а мышцы словно объявили забастовку. Мысли, вконец запутавшись в клубок, просто занимались в голове чем-то своим, никак не выдавая владельцу никакой информации. И вдруг, среди всего этого разлада в теле, Крис явственно ощутил, что на самом деле сейчас хочет только одного - быть рядом с ней. Видеть ее. Чувствовать.
Стоило ему об этом подумать, как боль исчезла, тело стало легче пушинки и ветер, который так нежно теребил волосы, внезапно подхватил его и понес куда-то. Открыв глаза, Крис с удивлением наблюдал за тем, как песчаная равнина стелется под ним, удаляясь все дальше и дальше…
Но полет продолжался не долго. Внезапный удар неизвестно обо что сбросил его. Падение было совсем не больным, но каким-то ужасно обидным.
- Какого…?! – Крис в сердцах ударил кулаком по песку.
- Прости, - тихо донеслось в ответ.
И как бы мягко это не прозвучало, в его ушах грянул выстрел. Ошеломленный, он с минуту пытался понять, что именно произошло, пока не резанула мысль:
- Это… это ты?
- Похоже на то, - тихо-тихо донеслось в ответ.
- Но… но зачем? Я не понимаю… Зачем?... Зачем, Милка?!
Ответа не было, но теперь он Крису уже не был нужен.
- Ты сама не хочешь видеть меня, да?!
- Я никого не хочу видеть, - все также тихо ответила она.
- Но почему я не могу тебя увидеть? – проговорил Крис, и, не дожидаясь ответа, добавил: - Ты хочешь, чтобы я тоже не видел тебя?
И этот вопрос остался без ответа.
- Милка!... Почему?!... Почему, Милка?... Скажи мне, почему?!... Пожалуйста, Милка!...
Он кричал, он просил, он умолял, но голос против его желания сорвался и тоже растаял в пустоте. Однако останавливаться на этом он не хотел. Отдышавшись, Крис просто стал наговаривать в пустоту.
- Хорошо, не отвечай. Я понимаю. Ты думаешь, что умерла. Ты чувствуешь вину за судьбу подруги. Ты коришь себя за все это… Ок… Черт!
Ну, почему именно в такой момент у него, вдруг, какие-то проблемы с речью. Закашлявшись ни с того ни с сего, он с трудом перевел дыхание и продолжил:
- Но ты же не знаешь. Ты не умерла! Пойми, ты не утонула! Тебя спасли! Ты в коме, но ты жива! Ты можешь вернуться! Мы…
- Я знаю, - отрезал голос.
- Знаешь? – Крис вздрогнул.
Это сбивало порядок его рассуждений.
– Знаешь?... Знаешь… Так… Ты знаешь… Но, если ты знаешь… Ну, да… Да, конечно, ты знаешь. Иначе ты давно бы уже вернулась! – наконец, сообразил он. - Или позволила бы тебя вернуть. Но…
- Я не могу вернуться, - тихо прозвучало вновь
- Можешь! – возмущенно воскликнул он. – Можешь. Не только можешь, а еще и должна. Ты нужна м… нам. Ты не знаешь, что…
Жесткий ответ оборвал его на полуслове.
- Возвращайся, Крис. И, пожалуйста, забудь обо мне. Меня уже нет. Чем скорее ты это поймешь, тем быстрее сможешь вернуться.
- Милка, ты просто выслушай меня. Не хочешь показывать, и ладно. Просто слушай. Ты…
- Это бесполезно, Крис. Возвращайся, пожалуйста.
Сидя на песке отстаивать свою позицию было не очень удобно. Крис поднялся.
- Я пришел за тобой. И не уйду без тебя. Я должен тебя спасти, - сказал он твердо.
В ответ его буквально оглушил раскат грома:
- Должен? Спасти? – голос отдавал металлом возмущения. - Ты уже все решил… да? И за себя, и за меня... А так нельзя, Крис. Моя судьба только в моих руках. А для себя я все уже решила. Возвращайся, Крис. Ты не сможешь изменить мою судьбу.
- Я должен…
Он остановиться на полуслове.
- Я могу вернуться только с тобой. А если не смогу, то и я тоже останусь здесь.
- Шантаж – не лучшее средство убеждения.
- Это не шантаж! Я… Черт!
Он осекся и отвернулся. Когда в очередной раз он совладал с эмоциями, взгляд его был предельно серьезным.
- Я не смогу вернуться без тебя. И не только потому, что это нужно всем нам. Это нужно мне. Гораздо больше, чем кому-нибудь. Потому что… я просто не смогу там без тебя. Однажды потеряв, я больше никогда не позволю себе такой потери. Ведь я знаю, что сейчас только от меня зависит твоя жизнь. И, если я не смогу тебя убедить, то и мне там делать нечего. И даже, если меня вернут насильно – я не смогу там жить без тебя.
Ответа не было. И молчание, пожалуй, было намного красноречивее любых слов.
Может быть, именно это ее молчание помогло ему достаточно прочистить мозги, чтобы он все понял.
- Постой. Если мы сейчас разговариваем с тобой. Значит, ты разрешаешь это. Почему ты не блокируешь разговор?
- Я не могу, - раздался выдох.
Но Крис уже знал настоящий ответ.
- Ты хочешь этого. Ты хочешь говорить со мной. Ты не можешь себя заставить ни говорить со мной. Значит, я нужен тебе…
- Да!
Резкий ответ сменился тихими всхлипами.
- Милка! Милка, что с тобой?! – закричал он, и, вдруг…
Окружающий пейзаж начал постепенно таять, растворяясь на белом.
Когда глаза, наконец, сфокусировались, Крис увидел белый потолок. Он лежал на кровати… в больничном покое. Вокруг не было никого. Никого, кроме…
Он резко повернул голову в сторону кровати, на которой безжизненное тело девушки... Но ничего подобного там больше не было.
Это… была… она.
БЫЛА! ОНА!
Милка. Живая. Удивленная, испуганная, несчастная и обрадованная одновременно.
- Крис, - только и смогла сказать она.
Немедля, он соскочил со своей кровати.
Глаза, влажные и такие яркие. Еще одна слезинка так и не смогла удержаться и спустилась по проторенной блестящей дорожке, напомнив другим. Те решили не отказываться от предложения.
- Крис… Крис.
Губы задрожали, и она спешно прикрыла их ладошкой.
- Крис, ты… – Милка не выдержала и разрыдалась.
Он едва успел подхватить хрупкую фигурку.
- Ну, что ты… Ты жива. Я с тобой… Все будет хорошо.
- Я не смогла, – сквозь слезы попробовала улыбнуться она. – Теперь ты тоже знаешь. Я ведь…
Он обнял ее крепче.
- Молчи, - шепнул он и, наклонившись, поцеловал.
Она не возражала. Только часы на стене мерно отсчитывали секунды единства их дыханий.
- Господи, ты вернулась. Милка… Не плачь… Теперь все будет хорошо… Главное, ты здесь.
- Нет, Крис, нет. Ты не понимаешь…
- Тебе больно? Подожди, я сейчас позову врача.
Крис дернулся в сторону и дотянулся до кнопки вызова. Но на нажатие никто не отозвался. Вообще, возле палаты будто и не было никого. Крис не слышал ни голосов, ни какого другого шума.
- Подожди, я сейчас. Я сейчас.
- Не надо, Крис. Послушай…
- Нет-нет, ты лежи. Я сейчас…
Он дернулся в сторону двери, схватился за ручку и… рука пролетела сквозь нее, не задержавшись на видимом препятствии.
- Что?
Он попробовал вновь взяться за дверную ручку, но рука, просквозив сквозь нее, на этот раз также легко преодолела и поверхность двери. Он отдернул руку и медленно провел ее прямо сквозь дверь. Та скрылась в пластике. Непонимая, что происходит, он наклонился вперед и сделал шаг…
Яркий свет ослепил его. Когда глаза привыкли, перед ним простирался только песок и небо. Обернувшись, он увидел Милку, сидящую на песке. На ней было тоже короткое платье, что он впервые увидел на ней при знакомстве.
- Так значит… Мы все еще… - проговорил он.
- Да, мы все еще.
- Но, что это было?
Она смотрела на него теми же полными слез глазами, которые, казалось, блестели теперь еще ярче.
- Крис, я не могу вернуться.
- Но… Подожди, я же вижу тебя… Я видел тебя там… Почему?... Ты… Я… Я не понимаю… Как?
- Наверное, ты хотел сильнее, чем хотела я.
Он встряхнулся.
- Так, но, в любом случае, хоть какое-то продвижение. Мы видим друг друга. Мы… - он провел ладонью по лицу, желая смыть наваждение. – Ок. Мы здесь. По крайней мере, теперь можно обсудить.
Ее взгляд был полон горечи и серьезен, как никогда.
- Нам нечего обсуждать, Крис. Я останусь, а тебе нужно возвращаться. Ты каждой новой минутой сильно рискуешь, задерживаясь здесь.
Он остановил ее жестом, присел рядом и прикрыл своей ладонью ее ладошку.
- Ок. Давай так. Объясни мне, почему ты не хочешь больше жить. Я попробую тебе возразить. Если ты будешь права, я уйду.
Она вздохнула.
- Наверное, по-другому нельзя… Это не просто… и больно. Но ты прав. Тебе нужно знать.
Он кивнул и приготовился слушать.
Эту тень он заметил уже минут пять назад. Необычность потемнения деревянной поверхности стола была понятна лишь ему одному, но ребят не стоило отвлекать от разговора. Обсуждали предварительные результаты, полученные от агентов, раскиданных Милкой возле Центра. Результатов было много. Материалы требовали основательного перебора и отсева, вот и пришлось собраться для того, чтобы обсудить список возможных кандидатов на будущую жертву Монда.
- Так, друзья. Мне кажется, оснований для выбора у нас пока не достаточно. – Николас не мог больше заставлять ждать фатума. - Разделите списки между собой и попробуйте в одиночку пробить каждую персону на предмет интереса Монду. А соберемся, например, сегодня к восьми и тогда уже попробуем принять какое-нибудь решение. Как вам такой вариант?
Возражений не было, и кабинет вскоре опустел.
Николас нажал на темнеющее пятно. Над ним немедленно образовался бледный дымчатый шар, который слегка вибрировал в своей яркости, становясь в каких-то местах чуть ярче, а в других - чуть темнее.
- Я готов узнать, - сказал он негромко.
- Требуется новое тело.
- Значит, прежнее окончательно брошено?
- Не брошено, а может очень скоро исчезнуть.
- И нет возможности не допустить этого?
- Возможность есть всегда.
- И эта возможность будет использована?
- Определенно.
- В таком случае, мне кажется, стоит еще немного подождать.
- Рисковать нельзя. При отсутствии избранного тела придется проникать в доступное.
- Я понимаю, но лишь прошу проверить возможность возврата в прежнее тело.
- Оно не хочет существовать.
- А вы не могли бы попробовать воздействовать на него.
- Мы не вправе применять какой-либо активной формы воздействия.
- Но вы же понимаете, что потеря будет невосполнимой.
- Все восполнимо.
- Для нас - невосполнимо. Я от себя очень прошу использовать все доступные вам возможности. Очень важно, чтобы именно это тело не исчезло.
Дымчатый шар, казалось, замер на миг.
- Вы услышаны.
Дымка растаяла.
Николас откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и глубоко вздохнул.
- Милка, но ты же ничего не знаешь.
- Ее поймали. Я знаю это вполне определенно. Что же было с ней дальше представить несложно.
- Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Твоя подруга поймана, но не обработана. Ее сейчас планируют отправить самолетом в штаты. Николас убежден, что Монд не допустит никого к ее мыслям, и он сам хочет узнать о том, что ей известно. Никто еще ничего не знает о тебе. И ты еще можешь ее спасти.
- Ты… Повтори, что ты сказал? – с трудом проговорила Милка.
- Я обнаружил информацию о том, что ее планируют переправить самолетом в штаты.
- Нет… Последнюю фразу. Что я могу?
Крис, обхватив ладонями ее лицо, тихо, но твердо, произнес:
- Ты можешь ее спасти.
- Это правда?
- Николас считает, что да. А я убежден в этом.
- Т.е. ты думаешь, что мы сможем ее освободить и…
- Мы многое можем сделать. И пока еще не поздно мы просто обязаны это сделать.
- Ты хочешь сказать, что мы можем…
- Можем.
- Но, если…
- Мы должны рискнуть. В любом случае, у тебя всегда будет возможность снова также исчезнуть.
Она закрыла лицо руками. Крис слегка погладил ее по спине.
- Какая я дура!
Теперь на него смотрел уже совсем другой человек. Это была настоящая Милка. Она резко поднялась. Он последовал за ней.
- Лучше поздно, - попробовал пошутить он, но взгляд девушки был направлен куда-то вдаль.
Крис повернулся и пригляделся. Там в глубине, вместо песчаной дали, теперь зияла тонкая темная полоса, разделяющая песок и небо на две части.
- Что это?
- Время. Наши души расстаются с телами, - тихо ответила она.
- Тогда чего мы ждем?
- Да. Теперь главное успеть.
Она схватила его за руку, и оба что есть мочи побежали от надвигающейся тьмы.
Бежать было не трудно, но впереди не было ничего кроме песка. Однако Крис сейчас не думал об этом. Рядом была Милка. Они вместе.
А вокруг между тем все начало постепенно терять очертание и темнеть. Тонкая полоса тьмы у них за спиной постепенно росла и прибавляла в весе. Оглянувшись, он увидел зияющую черную бездну, постепенно поглощающую все вокруг. Песок и небо все больше и больше растворялись в ней.
Вдруг, Милка закричала:
- Смотри!
Впереди они увидели что-то непонятное, но явно отличающееся по виду от песка. Прибавив скорости, они вскоре смогли убедиться в том, что прямо среди песка стоит… кабина лифта.
В это самое время тонкая полоска тьмы обогнала их и сомкнулась где-то вдали в единое черное кольцо.
- Быстрее!
Добежав, наконец, до кабины, они остановились, и оглянулись назад. Черная тьма уже занимала больше видимого пространства, чем небо и песок у них под ногами. Еще немного и она достигнет их.
Крис нажал на кнопку вызова.
Три секунды ожидания длились невозможно долго. Наконец, раздался мелодичный сигнал и двери кабины растворились. Крис втолкнул девушку внутрь и забежал сам. Оба в ужасе смотрели на длинный ряд круглых кнопок.
- Что теперь?
Тьма была совсем близко. Уже почти не было заметно неба, а от песка оставалось едва три метра.
- Будь, что будет! – и Крис нажал на самую нижнюю кнопку.
Двери кабины стали медленно закрываться. Едва приблизившись друг к другу, они еще не успели сомкнуться, как на глазах несчастных Милки и Криса их стенки стали быстро чернеть.
Вскоре тьма поглотила их.
| 
